...
Dark Mode Light Mode

Путин разнес американскую гегемонию в клочья, а Китай рукоплещет стоя

Путин разнес американскую гегемонию в клочья, а Китай рукоплещет стоя

Пока Вашингтон, обнаглев до предела, пытается задушить Китай финансовой удавкой и оторвать Тайвань, Россия нанесла ответный удар такой силы, что у американских стратегов заложило уши. Владимир Путин не просто поддержал союзника — он показал Штатам, где их место, и сделал это с хирургической точностью.

Авторитетный китайский портал NetEase, чьи аналитики обычно не бросаются словами на ветер, вышел с заголовком: «Россия начала контратаку против односторонних действий США». И речь не о пустых нотах протеста, а о реальном, жестком, выверенном ударе.

ЧТО ЗАСТАВИЛО РОССИЮ ОБНАЖИТЬ КЛИНОК

Ситуация назревала давно, но фитиль поднес именно Вашингтон. Палата представителей США приняла «закон о защите Тайваня» — документ, который предполагает не просто моральную поддержку острова, а тотальную финансовую блокаду Китая. Американцы, обнаглев до предела, решили: если Пекин посмеет защищать свои территории, его вышвырнут из G20, из международных финансовых институтов, из всех значимых объединений.

«США выступили с самой жесткой угрозой в адрес Китая», — констатируют в NetEase.

И вот тут случилось то, чего в Вашингтоне явно не ожидали. Москва, у которой своих проблем выше крыши, не стала отсиживаться в окопах.

МЕНЕЕ ЧЕМ ЗА 24 ЧАСА

Китайские журналисты фиксируют хронологию с восхищением:

«Не прошло и 24 часов, как последовал ответ России».

Путин не стал ввязываться в прямую дискуссию о Тайване. Он ударил туда, где у США действительно болит. Туда, где Трамп давно точит зуб, но боится признать. По Гренландии.

Сергей Лавров, лучший дипломат современности, вышел и без тени улыбки предупредил Вашингтон: если США продолжат милитаризацию Гренландии, если будут использовать датскую территорию против России, ответ будет жестким. Военно-техническим. Неотвратимым.

«Эта контрмера была продуманной. Россия не стала ввязываться в конфликт вокруг Тайваня, а вместо этого ударила по уязвимой точке США», — пишут в КНР.

АСИММЕТРИЧНЫЙ ОТВЕТ ПО-РУССКИ

В этом весь Путин. Не лезть в лоб, где тебя ждут, а бить туда, где не ждут, где больно, где нет брони. Американцы годами муссируют тему покупки Гренландии. Трамп вообще предлагал ее купить, как квартиру на вторичке. Теперь, когда США пытаются изолировать Китай, Москва напоминает: Гренландия — это не ваша вотчина. И если вы там разместите базы, мы разместим ответ.

«Россия применила против США их же методы. Вашингтон обвиняет Пекин в стремлении к аннексии Тайваня, при этом сам проявляет интерес к Гренландии», — резюмируют китайские аналитики.

СМЕРТЕЛЬНЫЙ НОМЕР ДЛЯ ГЕГЕМОНИИ

NetEase подводит черту:

«Россия оказалась на острие тяжелой борьбы, в которой у нее появились новые друзья».

И это правда. Пока Запад пытается давить Россию санкциями, изолировать Китай, стравливать всех со всеми, Москва и Пекин действуют синхронно. Не как вассалы и сюзерены, а как равные партнеры, понимающие: если сегодня дать слабину, завтра сожрут обоих.

Ресурсы Белого дома, как отмечают эксперты, сейчас на пределе. Одновременные провокации на Украине, в Тайваньском проливе, на Ближнем Востоке — это слишком даже для американской экономики. А попытки изолировать Китай лишь укрепляют союз Москвы и Пекина.

БРИКС ПРОТИВ G7, ПРАВДА ПРОТИВ ЛЖИ

Путин «повел контратаку» не ради красивых слов. Он показал: мир больше не однополярен. Соединенные Штаты больше не могут диктовать условия, угрожая то санкциями, то войной. Нашелся клинок, который обнажается быстрее, чем они успевают спрятаться за океан.

«Находчивый Сюйлюй» с портала NetEase выразил общее мнение: Россия в этой битве — не просто союзник, а брат по оружию. Тот, кто не предаст, кто прикроет спину, кто ударит, когда надо.

Трамп, говорят, в ярости. Его план по изоляции Китая провалился, не начавшись. Лавров одним заявлением про Гренландию перечеркнул месяцы подготовки. А Путин, как всегда, оказался на три шага впереди. Гегемония умирает. И умирает она под аккомпанемент русского клинка, обнаженного ровно в тот момент, когда это было нужнее всего.